White Traditions Society

official forum

  • Вы не зашли.

Книги электронного издательства «Ex Nord Lux DIGITAL»

#1 2008-11-02 22:06:28

Haele
Member
Зарегистрирован: 2008-07-21
Сообщений: 115
Профиль

Кнут Гамсун

Как же тут можно не упомянуть о великом норвежце Кнуте Гамсуне

http://img.briefly.ru/authors/gamsun.jpg

ГАМСУН (Hamsun), Кнут
4 августа 1859 г. – 19 февраля 1952 г.

Норвежский писатель Кнут Гамсун (настоящая фамилия Педерсен) родился в Ломе, в Гудбрансдаленской долине, сельскохозяйственном районе Центральной Норвегии. Его родители Тора (Олдсдаттер) и Педер Педерсен, поселились в Гармутрете, на небольшом хуторе, где Г., его трое старших братьев и две младшие сестры провели раннее детство. Когда мальчику было 3 года, семья переехала в Хамарой, город в Нурлане, расположенный приблизительно в 100 милях к северу от полярного круга, где родители арендовали Гамсунд, небольшую ферму, принадлежавшую Хансу Олсену, дяде Г. по материнской линии. Следующие шесть лет Г. провел в идиллической обстановке: пас коров, любовался красотой норвежских фиордов и заснеженных горных вершин.

Скоро, впрочем, семья попала в долговую кабалу к Олсену, и 9-летний Г. вынужден был работать на своего дядю, сурового набожного человека, который часто бил его и не давал есть. Будучи не в состоянии выносить издевательства, Г. в 1873 г. убегает в Лом, но на следующий год возвращается в Хамарой и работает там в магазине. В 1875 г. юноша ведет скитальческую жизнь бродячего торговца, а затем устраивается к башмачнику в северном городе Буде. Именно здесь создается его первое произведение, повесть «Загадочный человек» ("Den Gaadefulde"), которая была опубликована в 1877 г., когда Г. было 18 лет.

В следующем году Г. преподает в школе в Вестеролене, а затем становится помощником судебного шерифа, в библиотеке которого открывает для себя Бьернстерне Бьернсона, Генрика Ибсена и Других ведущих скандинавских писателей. В это время Г. выпускает роман «Бергер» ("Bjorger", 1878), одноименный герой которого пишет великие стихи о своей тяжелой жизни.

На деньги нурланского торговца Г. в 1878 г. отправляется в Христианию (ныне Осло), однако писательским трудом обеспечить себя не может, растрачивает сбережения, живет в бедности и в конце концов становится дорожным рабочим в Восточной Норвегии. В 1882 г., заручившись рекомендательными письмами к влиятельным эмигрантам из Норвегии, он едет в Соединенные Штаты, однако связей его оказывается недостаточно, и Г. вынужден работать сначала батраком в штате Висконсин, а затем секретарем норвежского проповедника в Миннесоте. Здесь молодой человек серьезно заболевает, врачи ставят неподтвердившийся, впрочем, диагноз туберкулеза, и он возвращается на родину.

Когда Г. приехал в 1884 г. в Осло, все симптомы болезни, по-видимому бронхита, исчезли Какое-то время он жил в Вальдерсе, где под псевдонимом Кнут Гамсунд (впоследствии «д» из-за типографской ошибки отпало) написал работу о Марке Твене. В Осло его литературная карьера не сложилась, Г. опять бедствует, а затем, в 1886 г, снова едет в Соединенные Штаты. Приехав в Чикаго, он сначала работает кондуктором трамвая, а летом батрачит на пшеничных полях Северной Дакотыю.

Разочаровавшись в своих литературных начинаниях, он вновь возвращается в Европу и в Копенгагене, в то время центре скандинавского издательского дела, показывает начатую повесть Эдварду Брандесу, брату влиятельного датского литературного критика Георга Брандеса, редактору ежедневной копенгагенской газеты, на Брандеса одинаково сильное впечатление произвели как изнуренный вид Г., так и отрывок из его повести. В конце того же года повесть появилась на страницах одного из датских литературных журналов, а в 1890 г. была опубликована целиком в Копенгагене под названием «Голод» ("Suit").

«Голод» немедленно произвел сенсацию и создал Г. репутацию серьезного писателя. В этой повести Г. порывает с традицией обличительного реализма, который тогда преобладал в скандинавской прозе, и отказывается от господствовавшей в то время идеи, согласно которой задачей литературы является улучшение условий человеческого существования. Повесть, по существу, не имеет сюжета и рассказывает о молодом человеке из провинции, который живет в Осло и мечтает стать писателем. Совершенно уверенный в собственной гениальности, он предпочитает страдать от нищеты, чем отказаться от амбиций «Это герой Достоевского, – писал американский критик Альрик Густафсон – Больной душой и телом, испытывающий муки голода, он превращает свою внутреннюю жизнь в сплошную галлюцинацию». Страдает главный герой «Голода» не только от отсутствия пищи, но и от отсутствия социальных контактов, от сексуальной неудовлетворенности, невозможности выразить себя. Своей отчужденностью этот герой предвосхищает антигероя литературы XX в.

Как сказал один из переводчиков Г., современный американский поэт Роберт Блай, «живость и острота прозы Г. потрясли всех». Книга написана короткими емкими фразами, ясные, четкие описания чередуются с намеренно субъективными, многозначительными. «Голод» писался в то время, когда Артур Шопенгауэр, Эдуард фон Гартман, Фридрих Ницше и Август Стриндберг призывали обратить внимание на те сложные подсознательные силы, которые управляют человеческой личностью. Собственную концепцию субъективной прозы Г. сформулировал в эссе, озаглавленном «Из подсознательной жизни души» ("Fra det ubevidste Sjaeleliv") и появившемся в том же году, что и «Голод». Отказываясь от условностей объективной прозы, писатель предлагает изучать «тайные движения души, происходящие в самых отдаленных глубинах подсознания, анализировать неисчислимый хаос впечатлений, через увеличительное стекло рассматривать изысканную жизнь воображения, поток мыслей и чувств»
Г. снова использует субъективный метод в романе «Мистерии» ("Mystener", 1892), где говорится о шарлатане, который появляется в приморской деревушке и озадачивает жителей своим странным поведением. Роман «Пан» ("Pan", 1894) написан в форме воспоминаний Томаса Глана, который отказывается от цивилизованного существования и живет жизнью охотника и рыболова вблизи провинциального городка в Нурлане. «Я попытался по аналогии с Руссо представить что-то вроде культа природы, чувствительности, точнее, сверхчувствительности души», – признался Г. своему другу, когда работал над «Паном». Возвышенные описания природы выражают ту эйфорию, которую стремился обрести и сам Г., и его главный герой, мистически и пантеистически отождествлявший себя с нурланской деревней. Пламенная страсть Глана к Эдварде, избалованной, своевольной дочери местного купца, порождает в его душе эмоциональный хаос, который в конечном счете приводит героя к самоубийству.

Г. – признанный автор романов и эссе, но его перу принадлежат также поэтические и драматические произведения. С 1895 по 1898 г. он писал драматическую трилогию о жизни философа: «У врат царства» ("Ved rikets port", 1895), «Драма жизни» ("Livets spill", 1896) и «Вечерняя заря» ("Aftenrode", 1898). По общему мнению критиков, в своих пьесах Г. оказался неспособен изобразить характеры героев так же глубоко, как это ему удавалось в романах. Большинство поэтических произведений Г. сжигал до их публикации, однако в 1904 г. он издает сборник стихов «Дикий хор» ("Det vilde kor"), который не уступает его лучшей прозе.

начала XX в. Г. пишет объемные романы, где много действующих лиц и повествование идет от третьего лица, такие, как «Дети века» ("Bern av tiden", 1913) и его продолжение «Город Сегелфосс» ("Segelfossby", 1915). Согласно Джеймсу У. Макфарлейну, одному из переводчиков Г., эти и последующие романы «стали образной демонстрацией устоявшейся и в целом пасторальной (даже феодальной) системы ценностей писателя: антиинтеллектуализм и аполитичность в сочетании с сильным предубеждением против торгашеского духа».

В переезде Г. на ферму в 1911 г. отразились его усугубившееся отчуждение от общества и неприятие особенно в связи с событиями первой мировой войны – индустриального века. Этими настроениями проникнут роман «Соки земли» ("Markens grede"), который был издан в 1917 г. В нем с большой любовью рассказывается о жизни норвежских крестьян Исака и Ингер, сохранивших свою вековую привязанность к земле и верность патриархальным традициям.

менно «за такое монументальное произведение, как "Соки земли"», Г. в 1920 г. был удостоен Нобелевской премии по литературе. Представитель Шведской академии Харальд Йерне в своей речи сказал: «Те, кто ищет в литературе... правдивое изображение реальности, найдет в «Соках земли» рассказ о той жизни, какой живет любой человек, где бы он ни находился, где бы ни трудился». Йерне даже сравнил роман Г. с дидактическими поэмами Гесиода. Читать Нобелевскую лекцию Г. отказался.

Год спустя после выхода «Соков земли» Г. приобрел имение Нерхольм в Южной Норвегии, где сочетал литературную работу с сельскохозяйственной. Роман «Женщины у колодца» ("Konerne ved vandposten") появился в 1920 г. Циничный и безысходный, роман этот повествует о вымирании маленькой приморской деревушки, зараженной ложными, с точки зрения автора, ценностями современного мира. Затем появилась «Последняя глава» ("Siste kapitel", 1923), мрачный роман о сельском санатории.

ереживая депрессию, связанную с неблагожелательными отзывами на свои книги, Г. недолго лечится методом психоанализа, после чего пишет трилогию «Бродяги» ("Landstrykere", 1927), «Август» ("August", 1930) и «А жизнь идет» ("Men livet lever", 1933), главным персонажем которой является бродяга по имени Август. Хотя в этих трех романах Г. вновь возвращается к теме социальной отверженности, бессилие Августа носит на этот раз необратимый характер. Последний роман Г. «Кольцо замыкается» ("Ringen sluttet") издан в 1936 г. В нем описывается бесцельная жизнь человека, надеждам которого не суждено осуществиться, но который тем не менее остается, по словам Г., «властелином в своем роде».

С возрастом Г. становится все более реакционным: в 1934 г. он открыто заявляет о своей поддержке нацистов. Хотя писатель никогда не вступал в норвежскую нацистскую партию, его перу принадлежит несколько профашистских статей, изданных в период немецкой оккупации Норвегии, а в 1943 г. он встречался в Германии с Геббельсом и Гитлером. Тысячи читателей в знак протеста возвратили писателю его книги. В конце войны Г. и его жена были арестованы. Осенью 1945 г. писатель был помещен в психиатрическую клинику в Осло, где провел четыре месяца, после чего был переведен в дом для престарелых в Ландвике. В 1947 г. он предстал перед судом, был признан виновным в пособничестве врагу и приговорен к выплате 425 тыс. норвежских крон (около 80 тыс. долларов по тогдашнему курсу), однако из-за «интеллектуальной деградации» тюремного заключения избежал. «По заросшим тропам» ("Pa gjengrodde stier"), рассказ о судебном процессе, появился в 1949 г., когда Г. было 90 лет. Книга написана чрезвычайно живо, Роберт Блай назвал ее «по-прежнему живой, сжатой и яркой», что, впрочем, ни в коей мере не оправдывает поведение Г. во время войны. Тем не менее эта книга, безусловно, способствовала возрождению интереса к творчеству писателя.

В 1898 г. Г. женился на Берглют Бех, от брака с которой у него была дочь. В 1906 г. супруги развелись, а двумя годами позже писатель влюбился в актрису Марию Андерсен, которая была моложе его на двадцать три года. Они поженились в 1909 г., у них родилось двое дочерей и двое сыновей. В ходе расследования дела Г. в 1947 г. Мария раскрыла интимные подробности их брака, и разгневанный Г. отказался видеть ее в течение последующих трех лет, однако с 1950 г. они снова жили вместе вплоть до кончины писателя, последовавшей 19 февраля 1952 г.

Многие критики сходятся во мнении, что Г., с присущими ему субъективностью, фрагментарностью, лиризмом, нарушением последовательности действия, является родоначальником современной прозы. «На сегодняшний день Г. – это единственный норвежский писатель, не считая Ибсена и Унсет, который является классиком мировой литературы», – считает Харальд Нэсс. С ним согласен Альрик Густафсон, который заявляет, что книги Г. подкупают не обличением, а «чисто литературными достоинствами и запоминаются великолепно очерченными живыми характерами, невиданным богатством литературных приемов и, быть может, в первую очередь своим стилем, который по чуткости, искренности звучания является чистейшей поэзией».

http://www.echo.msk.ru/att/element-504460-misc-0001.jpg

http://ru.youtube.com/watch?v=9HEgspas2u4

До конца жизни Кнут Гамсун не отрёкся и не раскаялся за свои идеи.За что, кстати, и был помещён в психеатрическую лечебницу, дабы сломить его дух и как не странно ''Им'' этого не удалось, но вот подпортить здоровье и подрасшатать психику они смогли.

Отредактированно Haele (2008-11-05 10:10:40)


ЖИЗНЕОТРИЦАНЬЮ ЖИЗНЕВЕРОЛОМСТВО

Неактивен

 

#2 2008-11-02 22:33:19

Haele
Member
Зарегистрирован: 2008-07-21
Сообщений: 115
Профиль

Re: Кнут Гамсун

А вот пока нечто интерестное, что мне удалось у него найти:
''Существует ли звезда по имени Мира? Можно уточнить в справочнике, да уменя его нет. Впрочем, неважно. Мира - это звезда, которая появляется и, посветив немного, исчезает. В этом есть жизненный круговорот. О человек, я в данном случае о тебе. Среди всего живого на земле ты самое бесполезное творение. Ты не хорош и не плох, ты просто рождён бесцельно. Ты приходишь из тьмы и во тьму возвращаешся, во всём своём великом несовершенстве. И если ты, человек, оседлаешь вдруг коня редкой породы, коня этого уже не причишлишь к редкостям. Так влачи свои дни без гордыни...
Но разве ты свернёшь с путий, разве швырнёш оземь свою шляпу ради двух глаз, двух глаз, встреченных тобою? У тебя для этого всей жизни не хватит.
Да-да, я знаю, оно уже пробивается изпод земли, оно тянется в рост, это новое и подающее надежды поколение. Такое оно молодое, такое невинное, я читаю о нём, но мне неизвестны ещё имена, впрочем, это не имеет значения. Эти блуждающие огоньки на верху, они появляются и, посветив немного, исчезают. Приходят и уходят, как и я - пришёл и ушёл.''

И ещё небольшой отрывок про,как я пологаю, масонов:
''Каменьщик повернулся ко мне:
- Что вы скажите обо всём этом безумии? Они точно звери, ничего не понимают, читают религиозные книги, крестятся. Он говорит: ''Я родился в России, я русский''. Разве это не всё равно?
- Нет-нет, - вставила девушка.
- Что вы имеете в виду, фрёкен? - резко спросил каменщик.
- Это не всё равно. У каждого из нас есть своя страна, родина.
- Вот-вот! Нас с пелёнок кормят этой жвачкой, все нас воспитывают в этом духе - и газеты, и базарные органы. А не хотите ли услышать моё мнение?
Русский внезапно воскликнул словно в экстазе:
- О, великая святая Русь!
- У него истерия развивается, так он тоскует по родине, - сказала, обращаясь ко мне, девушка.
Каменьщик собрался нас оставить, вообще уйти, он побледнел и раздражённо бросил:
- Родина - да пропади ты пропадом! Знаете что? Хотите услышать моё мнение? О родине со всеми там любовями, буханьем на колени и прочими слащавыми сказками! Хотите узнать моё мнение? Родина там, где нам хорошо. Вот. Это моё мнение. Родина есть именно это, и ничто иное.
Фрёкен улыбнулась ему:
- Я знаю, вы и других каменщиков этому учите.
Он отпрял.
- Что вы об этом знаете?
Я позволил себе объяснить:
- Вы ведь выступаете на собраниях.''
  Как мы можем вспомнить название масон или франкмасон происходит от фр. franc-maçon (в старофранцузском masson, англ. freemason), употребляется также буквальный перевод этого названия — вольный каменщик.

Отредактированно Haele (2008-11-02 22:34:29)


ЖИЗНЕОТРИЦАНЬЮ ЖИЗНЕВЕРОЛОМСТВО

Неактивен

 

#3 2008-11-02 22:50:08

Nordisches_Blut
Moderator
Откуда: WTS - Deutschland
Зарегистрирован: 2007-10-15
Сообщений: 231
Профиль  Вебсайт

Re: Кнут Гамсун

Не забываем знаменитые слова Кнута Гамсуна:

"...Адольф Гитлер... Я недостоин произносить вслух его имя. Его жизнь и дела исключают сентиментальные всхлипования. Он был воином - воином, сражавшимся во имя человечества, и пророком евангелия справедливости для всех наций..."

Читал пока только "Плоды земли". Для описания книги лучше всего подходят слова Мигеля Серрано, произнесенные им в ответ но вопрос "Какое самое важное послание Традиции?":

"Это Ностальгия по Гиперборее, всегда присутствовавшая в истинном арии. Всё арийское искусство пронизано Ностальгией: Бах, Вагнер, Леонардо..."

...и Кнут Гамсун!

Неактивен

 

#4 2008-12-20 13:19:36

Mitgard
Забанен
Зарегистрирован: 2008-11-30
Сообщений: 103
Профиль

Re: Кнут Гамсун

К сожалению на русском языке нет его последних работ - публицистического и автобиографического характера (не помню то ли заметки, то ли дневники), которые прямо называются как реакционные, практически нацистские (из предисловия к советскому изданию 1990 г.). Позже уточню название. В общем что-то вроде "Дневника писателя" Достоевского. Очень было бы интересно узнать, что ж он там такого пишет. Там вроде как оценка всего того исторического, что произошло за его жизнь.

Неактивен

 

#5 2008-12-20 20:43:15

Haele
Member
Зарегистрирован: 2008-07-21
Сообщений: 115
Профиль

Re: Кнут Гамсун

Mitgard написал:

К сожалению на русском языке нет его последних работ - публицистического и автобиографического характера (не помню то ли заметки, то ли дневники), которые прямо называются как реакционные, практически нацистские (из предисловия к советскому изданию 1990 г.). Позже уточню название. В общем что-то вроде "Дневника писателя" Достоевского. Очень было бы интересно узнать, что ж он там такого пишет. Там вроде как оценка всего того исторического, что произошло за его жизнь.

Есть.''На заросших тропах'' называется. Ничего там такого супер реакционного нет, просто воспоминания писателя и некоторые мысли.


ЖИЗНЕОТРИЦАНЬЮ ЖИЗНЕВЕРОЛОМСТВО

Неактивен

 

#6 2008-12-21 05:17:18

Mitgard
Забанен
Зарегистрирован: 2008-11-30
Сообщений: 103
Профиль

Re: Кнут Гамсун

А на русском эти "На заросших тропах есть"?

Неактивен

 

#7 2008-12-21 20:27:09

Haele
Member
Зарегистрирован: 2008-07-21
Сообщений: 115
Профиль

Re: Кнут Гамсун

Конечно есть, сам недавно преобрёл на букинистическом сайте. И кстати вышеприведённые мною цитаты именно из этой книги.


ЖИЗНЕОТРИЦАНЬЮ ЖИЗНЕВЕРОЛОМСТВО

Неактивен

 

#8 2008-12-23 13:38:41

Mitgard
Забанен
Зарегистрирован: 2008-11-30
Сообщений: 103
Профиль

Re: Кнут Гамсун

Это хорошо. У меня была уже устаревшая информация. Надо будет поискать.

Неактивен

 

#9 2009-01-01 10:06:58

Mitgard
Забанен
Зарегистрирован: 2008-11-30
Сообщений: 103
Профиль

Re: Кнут Гамсун

Нигде не нашел пока в своем захолустье. Haele, может, если будет время и желание, еще что-нибудь процитируете из этой книги Гамсуна стоящее, про рейх, Гитлера, вообще какие-нибудь сильные, впечатляющие мысли.

Неактивен

 

#10 2009-01-01 17:50:35

Haele
Member
Зарегистрирован: 2008-07-21
Сообщений: 115
Профиль

Re: Кнут Гамсун

Может я тебя разочарую, но ничего про рейх и Гитлера там нет, а то, что я процитировал, наверное единственное, что и можно процитировать. Остальное - лишь трогательная история жизни находящимся уже на исходе жизни старика, но тем неменее оставшимся навсегда верным своим идеям. Но книга всё же стоящая уже тем, что её написал Гамсун.


ЖИЗНЕОТРИЦАНЬЮ ЖИЗНЕВЕРОЛОМСТВО

Неактивен

 

#11 2009-10-16 20:58:13

Haele
Member
Зарегистрирован: 2008-07-21
Сообщений: 115
Профиль

Re: Кнут Гамсун

Вот и вышла в свет книга, чей тираж давным давно был распродан: ''На заросших тропах''. http://www.ozon.ru/context/detail/id/4744795/


ЖИЗНЕОТРИЦАНЬЮ ЖИЗНЕВЕРОЛОМСТВО

Неактивен

 

#12 2010-11-05 09:38:49

Speranskaja
Member
Зарегистрирован: 2009-09-14
Сообщений: 62
Профиль  Вебсайт

Re: Кнут Гамсун

СТИХИ КНУТА ГАМСУНА

" Осенний день "

Indian summer, иль бабье лето.

На время воскресла вся красота –
Господь напоследок открыл врата
В сиянье райского света.
И розы как плавящийся металл,
Им ясно: прощания час настал,
И смерть уже близко где-то.

Но Бог поглаживает седины:
Он знает, что с летом не все пройдет –
Осенних чудес наступил черед:
Легли под плуг десятины
Готовой семя принять земли
И пышут, как розы, листвой вдали
Черемухи и рябины.

Ржанье слышно и лай сердитый –
Верховые скачут кустами,
Все с ягдташами и ножами,
Все в деревне охотой сыты;
Потому-то парнишка бедный
Мчит, кичась, на рожок победный,
Как стрелок из дворцовой свиты.

И крестьянин зерно сбирает,
И всадник красуется в шляпе с пером,
И собаки воют в бору густом,
И ветер с подлеска листву сшибает…
И старый конь, запряженный в плуг,
Как в битве, поднимет голову вдруг,
Когда рожок заиграет.

А ночи уже суровы…
В лесу затрещал костерок, дрожа,
И кто-то зовет к себе, ворожа,
Хульдру, кобольда, водяного.
Но кто там? Да так, браконьер-стрелок,
Положил убитого зайца в мешок
И зовет свою нечисть снова.

Осень, люблю тебя страстно!
На небе Господь письмена зажег,
Их читал священник, читал пророк,
Посох в странствиях свет твой ясный.
Ты, Осень, как отдых от дел Творца.
Овей меня, Осень, и в час конца
Твоей тишиною прекрасной.

Перевод Аллы Шараповой


" Поющий в лесу "

В лесной глубине эта песнь звучала:
Певец от лишений совсем исчах,
Тряпье с его плеч и колен свисало,
Безумье светилось в его очах.

Веяло ужасом в темной чаще,
Когда он звуками воздух рвал,
И зверь за поля убегал, дрожащий, -
Только лес опустелый певцу внимал.

Казалось, он мир упрекал нещадно
За то, что он зло и юдоль невзгод, -
Но словно чистейший фонтан прохладный
Кропили слова его небосвод.

И к Господу ангелы обратились:
«О, что это?» - «Правда» - Господь сказал.
И сосны в румяных лучах светились,
Как будто день судный уже настал.

Перевод Аллы Шараповой


" Лихорадочные стихи "

I.

Отторгнутый от корней,
Утратил я с миром связь,
С Господом Богом и с ней:
Дверь отперла
И, резко простясь,
Мимо прошла.

II.

Осенние дни на земле царят –
Без солнца, без песен, мрачные дни.
Так это положено искони:
Жизнь все, что дарует, берет назад.
Но зачем же людям так долго жить?

В дворы и амбары занесены
Зерно и покошенная трава.
Все жизни дарованные должны
Осыпаться так, как в садах листва.
Зачем же людям так долго жить?

III.

Будь проклята, Альвильда!
Тобою свет мой взят,
Ты не сдержала слова,
Из жизни сделав ад.
О, долго мне брести
Без солнца на пути.
Будь проклята, Альвильда!

Господь с тобой, Альвильда,
За данные тобой
Сто ласковых прозваний,
За это «мальчик мой»!
За то, что хоть недолгий срок
Рук, губ твоих касаться мог –
Господь с тобой, Альвильда!

IX.

Что за безмолвный ужас? Слушай…
Он сердце леденит, вползает в уши,
Свет видеть не дает очам,
Бескровный рот кривится и гогочет…
Судьба ли делает со мной, что хочет?
Иль стать безумным норовлю я сам?

X.

Все думаю и не могу понять:
Зачем урожай? Для чего листопад?
Зачем угрожает всему распад?
Зачем зеленеть, а потом увять?
Могу лишь гадать.

Положим, голодных кормит зерно,
И сено полезно во время зимы,
И летом от листьев в лесу темно.
Но нам для чего сердца и умы?
Чтоб умерли мы?

Я спрашивал рощу, зарю, небосвод,
Течение рек, озерную гладь,
И облако, что над горою плывет,
Все-все, что словам моим может внять:
Просил ли я мне жизнь даровать?

Но молчали вода, земля, небосвод.

XI.

Альвильда, как эту ночь забыть?
Ты крикнула: «Пей!»
И я в твою туфлю налил вино.
Всем было смешно,
Но я тебя спас от тоски твоей.

Потом ты мне протянула цветок?
=Ты даришь?
=Как знаешь.
И так посмотрела, будто змея.
Отпрянул я
И побрел в свой мрачный, холодный дом.

XII.

Осенний ветер скулит,
Словно пес, стерегущий дом.
Но стужа в моей крови
Жесточе, чем там, за окном.

В сердце моем расцвел
Цветок, напоенный ядом.
Мое дыханье людей
Студит морозным хладом
И жестокость зреет в душе.

Кипит, клокочет… Напрасно
Я дремой забыться жду.
Вверху, на ветру о стеньгу
Бьется, колотится флаг;
Кто-то за дверью скребется,
Колотит в дверной косяк.
Пульс мой колотится дико,
Будто Цербер цепной в аду.
И все клокочет, клокочет.

XIII.

Альвильда! Где плащ мой? Где шляпа с пером?
Изволь мое стремя крепче держать.
Во весь опор поскачу верхом,
Ты же рядом беги, не вздумай отстать!

Когда спросят тебя, что за шум и вой
Над горами нарушил мирную тишь,
Говори, что в седле повелитель твой,
А ты, как собака, рядом бежишь.

Мне надо быть в королевстве моем.
Что стала? Ножки твои затекли?
Как рабыню, к коню притяну ремнем.
Я тебя загоню. Ты сдохнешь в пыли!

IX.

Непогода. Клокочет все и кипит.
Кто-то в дверь стучится чуть свет.
= Входите, мой дом открыт!
Вышел сам. Никого нет.

И видится мне первый день творенья,
Новорожденная жизнь в дыму –
Я сам эта жизнь.
Стою на дальнем своем рубеже,
И смотрит в глаза мне из облаков
Спокойный лик.

О жизни молился ли я среди мглы?
По раскаленной скачу наковальне. Я конь.
По окровавленной мчу черепице.
Хватаю губами расплавленное зерно.
И все-таки кто-то стучит в мою дверь.

Я вижу густой туман. Не царство ли это Смерти?
Безжизненное простирается море,
Там остров один, слепой от рожденья –
Да, это владенья Смерти.
И вот я туда простираю руки
С мечтою оставить мир.

Х.

Проходят дни и наступают снова.
Пусть осень, но душа весной полна,
Смеется, не скорбит она –
Чиста, жестока, холодна, здорова.

Мне сумрак горизонт завесил,
Стареть и уставать я стал,
Но горести я растоптал
И скорби скинул с плеч. Я бодр и весел.

Вхожу в леса, как нищий повелитель,
Но самому себе, сбиваясь с ног,
Торжественно кричу, воздев клинок:
«Приветствую тебя, мой победитель!»

И долго слушаю сквозь мглы завесу,
Как точит лезвие косарь.
А сверху слушает Небесный Царь
Творимую лесным органом мессу.

Перевод Аллы Шараповой


" Остров в шхерах "

Гляжу из лодки
На остров в шхерах,
На цвет зеленый
Лугов прибрежных;
Схожу на берег –
Цветы не сводят
Глаз изумленных
С меня и нежных.

И вот цветут они
В моем сердце,
И нет их краше
На белом свете;
Они беседуют,
Шепчут странно,
Смеются, кланяются,
Как дети.

Как знать? Быть может,
И я когда-то
Цветком был белым
Между цветами –
Недаром трепет
Воспоминаний
Я ощущаю,
Цветы, пред вами.

К плечу склоняюсь
Я головою,
Далеких грез
Надо мной туманы,
И ночь, сгущаясь,
Меня качает
Волною моря,
Волной нирваны.


Перевод Аллы Шараповой

Added after      3 minuts   5 seconds:
" Властитель "

Моя поступь грозна, как гром,
Хищен профиль и взоры строги.
Я построил дворец у вод,
Вал соленый о стены бьет
И с порталов смеются боги.

Берегись, принцесса! Я тут!
Я тебя подстерег средь ночи.
Ты в светлицу, смеясь, вбежишь,
Тело стройное обнажишь
И закроешь блаженно очи.

Как богиня ты сложена,
Стройный стан твой перстам послушен;
Я обладаю тобой вполне,
И ты раскрываешь объятья мне
В саду, что от роз так душен.

В блаженной игре пропадает мир,
Как минуты, годы несутся.
В небе молнии блещут, суля конец,
Оседает с шумом на дно дворец
И с порталов боги смеются.

Перевод Аллы Шараповой


" Вечером "

Тягостно мне… В помраченную ширь
Ниоткуда не льется свет;
С мольбою о помощи никну к земле –
Ответа мне нет.

С надеждой вглядываюсь, пока
Не вспыхнут звезды там, в вышине.
Мигают они, словно пишут ответ
Всевышнего мне.

За этот вечер спасибо Ему,
Чаю, чтоб день прозрачный настал.
Звезды вдруг скрылись стыдливо. Но почему?
Выходит, Он лгал?

Перевод Аллы Шараповой


На смерть Бёклина"

Звездой ведомый, он пришёл от дальних берегов
К порогу жизни и остановился вдруг.
Холодный, бледный свет струился там вокруг.
Казалось, никогда молитвы тихих слов
Никто здесь не шептал. Тогда он светоч свой
Зажёг и разогнал туманов серых тень.
И стала теплой «Ночь» и ласковой, как день.
И «Лето» солнечной вдруг брызнуло волной.
И тысячи лучей сияньем ослеплённый
Стоит «единорог» пред чудом, изумлённый.
Листва «священных рощ» в беззвучной тишине,
Лишь белых женщин крик там слышен в глубине.
Где дым от каменных струится алтарей,
Склоняются они с молитвою своей.
Вот вилла с башнями на берегу морском.
Фигура женщины под чёрным покрывалом.
Не сказке ли она шумящих волн внимала?
Нет, слушала она - как бурно бушевала
Волна её души ... Вот «Остров мёртвых», сном
Покоя тихих вод объятый. Скалы, стены...
Вот раздается свист - призывный зов сирены, -
Сирены смерти... И уже спешит паром.
И в кипарисах вздох печали пробегает,
Как будто и для них час смерти наступает.
От дальних берегов принёс он в мир земной
Свой факел творчества художника-поэта,
Блеснув горячею волной живого света...
И вот уходит вновь куда-то в край иной.

Перевод Г. Галиной


http://milosz.planetaclix.pt/images/isle.jpg

http://www.bildindex.de/bilder/FMLAC10578_08b.jpg

"Письмо Байрону на небо"

Ну, рыцарь! Нам пора вернуться к старине
От наших скучных дней, рабочих беспорядков,
Когда вся жизнь кругом заражена потоком
Вопросов всяческих, - о женском равноправьи,
О вечном мире... Стал как будто шар земной
Лишь обиталищем мещанских идеалов.

Кто в наши времена своей кичится славой?
Вожди рабов, герой полярных экспедиций
И модой созданный слюнявый стихоплёт.
Во дни твои, поэт, - герой и гений были
Иные. Но теперь они уж нам смешны...
Ведь ваши гении царями над царями
Являлися!.. И ты - ты сам стоял с мечом
На палубе твоей несущейся галеры.
На поле брани ты указывал свой путь:

И меч твой сверкал
В железной руке,
И с мужеством твёрдым,
С наивной верой
Из жизни ты создал себе мавзолей.

А нынешний поэт - тихонько, осторожно
Идёт себе, вперёд. И дружбу он ведёт
Одновременную с народом и театром.
И небеса его заслуженным дукатам
Благословенье шлют, - наследникам на радость.
В свободомыслии, в прогрессе с ним никто
Сравниться бы не мог: он пишет, плачет он,
Пылает злобою на турок, заступаясь
3а страждущих армян, евреев. Наконец
С годами к Господу он взоры обращает,
Свободомыслие при этом сохранив.

И к Рождеству поэт наш каждый год готовит
Объёмистый роман с идейным содержаньем,
И также с мужеством умеренным по сходной
Цене. И странно, как бывает плодовит
Подобный человеке - лежащий вечно в прахе
И умудряющийся что-то создавать.
Так назовите ж мне кого-нибудь другого,
Который мог бы быть таким же ловкачом,
Чтоб побивать пером рекорды все, и даже
Посмел бы выразить расположенье к шведам,
И в этой области практический свой взгляд
Мог ясно показать, объединяя всё,
Благословляя всё, и целый шар земной
Передавая нам довольно популярно.

Так дело обстоит с поэтом современным.
Считает, пишет он, считает вновь и пишет, -
Так до скончанья дней своих. Затем священник
Покойника в гробу достойно восхваляет.
Он говорит о нём, что здесь, мол, мы теряем
Такого ловкого при жизни человека!
Он в молодости был немного необуздан,
Но всё же кончил он христианином... Что
Возможно лучшего сказать о современном
Герое-гении, когда земная жизнь
Его блестящая прошла и миновала?
Он отдал силы все служенью добрым людям,
Затрагивал всегда важнейшие вопросы.
Что можно лучшего сказать о современном
Поэте-гении? Как каторжник какой,
Писал без отдыха всю жизнь он, будто хлеба
Без этого нигде не стало бы в закромах.
И жил и умер он устойчивым и твёрдым.
Ну, а жена его? Настолько добродетель
Была ей свойственна, что мужа своего
Ей все же удалось похоронить безрогим.
Покойся ж мирным сном, народный наш герой!
Теперь подходит час, поэт, тебе вернуться.
Вот движется ангел
С поникшим крылом
Над грустною книгой
Твоей нежной страсти…
О, девушка, девушка из Маляри!
Летят твои думы,
Твой голос звучит.
О, девушка, девушка из Маляри!
О, мать Лилле-Белле! Не слышит она...
Что сделано, - сделано уж безвозвратно.
Холодная стала она, и ушла,
3амолкла для света навек и замкнулась.
Теперь я расскажу тебе о героине
Дней наших. Ну, она не прячется совсем,
Как девушка твоя из Маляри, безмолвно
Скрывая свой позор, смущаясь... Нет, она,
Та современная, созналась бы скорее,
И с шумом, с грохотом на всю страну себя
Прославила б... Она ж чиста и непорочна,
И насмехается над теми, над другими,
Которые вполне свой сохранили пол...
Она даёт статьи в газеты, на собраньях
Она участвует и говорит. Вот вам
Изображение той современной девы:
-«Я за бюджетами страны слежу на суше
И на море. А вам, вам я предоставляю –
Влюбляйтеся себе и выходите замуж,
И размножайтеся! Но тип ваш исчезает,
И скоро вымрет он»... - Сама ж она всегда,
Во всякой злобе дня, свой голос подымает.
И кошкой томною становится она,
Когда касается доходов и богатств
Страны и городов. На сходках и в вопросах
О праве голоса волнуется по-женски.
В вопросах же любви, и брака, и детей
Она является решительным судьёю,
Как будто бы невесть какой огромный опыт
Уж на её плечах! Так шествует она,
Считая жизнь свою реформой золотою.
И разве кто-нибудь осмелится её
Считать явлением печально-ненормальным?..
В подобном случае, задрав повыше нос,
Сумеет за себя она сама вступиться.

Но песня ... О, песня бежит из страны...
Повсюду все улицы - в сёлах, в долине, -
Рабочим движеньем и паром полны!
Там вой раздается пронзительно-длинный,
Но песня - бежит из страны...

О девушках чудных, о мощных героях
Мелодии жизни звучали твои.
Горящие искры во взорах влюблённых...
А песня - бежит из страны!

В сраженьях под стенами гордой Эллады
Меч мощно косил, улыбался герой...
Представь королям современным тот бой, -
С испуга они заболеть бы должны...
И меч, - меч исчез навсегда из страны!

Когда же опять, еретик ты великий,
Придёшь к нам на землю? Здесь только один,
Который твои вдохновенные звуки
Воспринял и голосом чудным своим
Их вновь оживил. То на датских равнинах
Седеющий брат твой - последний певец.

Перевод Г. Галиной

Added after      4 minuts   41 seconds:
Added after      3 minuts   52 seconds:
Игорь Северянин

Гамсун


Мечта его — что воск, и дух — как сталь.
Он чувствовать природу удостоен.
Его родил безвестный миру Лоэн —
Лесной гористый север Гудбрансталь.
Норвежских зим губительный хрусталь,
Который так божественно спокоен.
Дитя и зверь. Анахорет и воин.
Фиорда лед и оттепели таль.
Его натуре северного Барда
Изменнически-верная Эдварда,
Пленительная в смутности, ясна.
А город ему кажется мещанкой,
"С фантазиею, вскормленной овсянкой",
Что в клетку навсегда заключена.

1925


“Donde el Sacerdote construye un Altar, el Guerrero adopta su Posición de
Combate.”
“El Guerrero JAMÁS adopta una Actitud Pasiva en el ámbito cognitivo, pues
la Cultura es el Arma del Enemigo.”

Неактивен

 

#13 2010-11-06 20:36:11

Alexx
Member
Зарегистрирован: 2010-06-12
Сообщений: 88
Профиль

Re: Кнут Гамсун

А есть ли на русском что-нибудь из позднего, хотя бы в электронном виде. Давно уже читал "Пан", "Голод" и пр. - ничего особенного, причем сдобрено местечковым норвежким национализмом. Слышал позднее Гамсун проникся идеями пан-германизма и вообще изменился.

Неактивен

 

#14 2010-11-07 04:44:02

Sol_Invictus
Administrator
Зарегистрирован: 2007-10-16
Сообщений: 1562
Профиль

Re: Кнут Гамсун

Что нашлось и на рутрекере еще фильмы есть:

http://flibusta.net/a/3677
http://rutracker.org/forum/viewtopic.php?t=2303629

А я только какое-то одно произведение у него осилил и показалось скучноватым читать про любовь и норвежскую природу.


Satan Jugend

Неактивен

 

#15 2010-11-07 05:03:35

Alexx
Member
Зарегистрирован: 2010-06-12
Сообщений: 88
Профиль

Re: Кнут Гамсун

Sol_Invictus написал:

Что нашлось и на рутрекере еще фильмы есть:

http://flibusta.net/a/3677
http://rutracker.org/forum/viewtopic.php?t=2303629

А я только какое-то одно произведение у него осилил и показалось скучноватым читать про любовь и норвежскую природу.

Это "Пан" наверное. Там Кнут еще "хипповал", судя по рецензиям разным потом он от описаний перешел собственно к "почве" и одале (как у Дарре - только человек связанный с родовым наделом может считаться человеком и гражданином), но я этого не читал. А вообще писатель, как писатель - просто нормальный человек в общем далекий от политики, но поддержавший чаяния НС-ов, поэтому системе кровь из носа надо было объявить его ненормальным - во что кстати никто не поверил, и Гамсун так и вошел в историю как жертва "мягкого" политического террора (мягкого, по сравнению с Нюрбергом).

Неактивен

 

Board footer

Powered by PunBB
© Copyright 2002–2005 Rickard Andersson